...Ставили мост через Днепр. Немцы постреливают.

От того петербургского разговора с тетей Анной о болезни императрицы и несении креста протянулась невидимая нить длиной более года к серому зимнему дню 1907 года в моем родном городе - Казани. В тот день я сидела на одном из широких подоконников моей спальни, наслаждаясь отдыхом между уроками музыки и французского. Из нескольких окон комнаты, выходивших на улицу, мое было самым близким к нашему парадному входу.

В Тбилиси все отличалось от того, к чему мы привыкли за последние годы. Рано утром нас будили крики: «Малако, малако, мацони». Это молочники предлагали свой товар. Каждый из них вел на поводу ишачка, у которого через спину были перекинуты сумы с бидонами. Хозяйки выходили и покупали мацони - род простокваши, молоко: более жидкое - коровье, более жирное - буйволиное.

     На илл.: Дом, где заседал парламент России

«И гавань встреч, и порт ночных утрат... Охотный ряд...»: [сборник]. - М.: Новый ключ, 2023. - 112 с.: ил. - ISBN 978-5- 7082-0567-4. Рисунок на обложке В. Сапонова. Издатель В.Н. Рахманов.

Но я основательно отвлекся от нашего путешествия из Челябинска в Тбилиси. С такими отступлениями, описание его займет не меньше времени, чем занял сам переезд. Почему я так много уделил места событиям, которые, казалось бы, не касались меня лично? Но ведь они происходили в нашей стране в 30-е - 40-е годы и накладывали отпечаток на жизнь всего общества.

Однажды утром тетя Анна появилась в моей комнате, когда ее горничная помогала мне одеваться, и сказала, что она сама решит, какой пояс надеть с пикейным платьем к ужину: из розовой тафты, синий муаровый или полосатый итальянский. Для меня не имело значения, какой пояс она выберет, все равно мое белое пикейное платье никуда не годилось.

Московские вокзалы для меня особая тема. Практически со всех из них я когда-то уезжал в разные годы и в разные города.

В 1943 году я пошел в первый класс Каштакской школы. Насколько помню, это была четырехлетка, более старших ребят возили в школу в Челябинск, это километрах в двенадцати от Каштака. Сейчас, наверное, Каштак стал частью Челябинска.

В день нашего приезда мы должны были присутствовать во дворце Ольденбургских на обеде и ужине. Мы с тетей Анной коротким путем прошли через сад Ольденбургских и к задней части большой веранды, окружавшей их маленький дворец. Узкую тропинку, ведущую к нему, окаймляли яркие хризантемы, вдвое большие, чем все, которые я когда-либо видела.