На следующий день Ольга Александровна на первом уроке напомнила, что до конца четверти осталось всего две недели и надо подтягивать оценки, зачитала список тех, у кого оценок мало и по каким предметам. Тимофей слушал вполуха. Просматривал под столом сообщения от Дарьи. Та писала, что вчера к ней нагрянули журналисты и она дала открытый комментарий, что «всё плохо»: заболело ещё трое собак, и положение безвыходное. И вся вчерашняя надежда, которая появилась после разговора с отцом Глеба, испарилась, исчезла. Её перечеркнули страшные слова «всё плохо». Они стучали весь первый урок русского в висках – сильно и больно. За окном хмурилось, пошёл дождь со снегом. Деревья теряли последние листья, сиротливо и уныло оголяя чёрные от наполнившей их влаги ветки. Тимофея накрыло волной безысходности. Чёрной, с головой, воздуха не хватало, в классе очень душно, в глазах потемнело.

– Тимофей, с тобой всё в порядке? Бледный очень стал! – Ольга Александровна подошла к его парте и заглянула в тетрадь. – Выйди в коридор, пройдись. Что‑то у нас душновато тут.

Тимофей вышел в коридор, облокотился о подоконник, лбом прикоснулся к холодному окну. Стало лучше. Что бы сейчас сказал отец? Остро захотелось услышать его голос. Жаль, телефон оставил в классе! Он бы, конечно, сказал, что нельзя сдаваться, нужно действовать. А сам? Почему он сдался, почему не смог сохранить их семью?! Взрослые дают много советов. А жизнь совсем другая, сильнее и неопределённее, чем все эти пустые и сухие схемы действий.

В тишину вдруг вонзился громким дребезжанием звонок. Через минуту коридор начал заполняться, шум, хохот, грохот стульев. Надо забрать вещи из класса. В дверях столкнулся с Глебом, тот хмуро и напряжённо глянул, помедлил, но руку не протянул, перед уроками ребята поздороваться не успели.

– Ты как, Тим, в порядке? – у парты его ждала Аглая. – У меня хорошие новости! Только что взяли двух заболевших собак из приюта, благодаря нашим постам и Добровой! Правда, временно, но это уже что‑то!

Аглаю перебила Ольга Александровна:

– Тимофей, в порядке? Быстрее на географию! Оценок совсем мало, я же список зачитывала.

Уже выйдя из класса, Тимофей увидел, что Аглая догнала Глеба и что‑то ему рассказывает. Наклонилась к нему так близко, что у Тима сжалось сердце. Безысходность второй волной за день окатила. Постарался переключить внимание на хорошую новость. На географии отвечал плохо, путался, учитель даже с какой‑то жалостью на него смотрел, но поставил четыре.

В рюкзаке задребезжал телефон. Папа! Он сбросил и тут же получил сообщение: «Тимка, как ты? Что‑то мне неспокойно стало за тебя! Молчишь опять… Всё в порядке? Я тут подумал, может, приедешь на каникулы?».

«Воздух, воздух! Только на вдох сбоку!» – вспомнились слова тренера на первом заплыве. Вот и сейчас смог вдохнуть глубоко. Пришли силы и понимание того, что он оттолкнулся от самого дна и сейчас пойдёт наверх. Обязательно. И в тот же миг зазвонил снова телефон – Дарья! Он взял, отцу перезвонит потом, после уроков.

– Тимофей, у меня новость! Сейчас звонили от нашего спонсора. В пятницу будет собрание в 17.00, собирай волонтёров! Сегодня, если сможешь, хотя бы на часок подойдите, работы очень много.