Тимофей еле дождался конца уроков. Даже Аглае не стал говорить, что пойдёт в приют, а ещё – что в пятницу, возможно, что‑то решится. Не хотелось сейчас ни с кем разговаривать.

Он почти бежал, разбрызгивая снежную хлябь под ногами. Как же он соскучился по Тому! И сегодня его не будет. Не будет его говорящих глаз, жёсткой шерсти под ладонью, запаха, уже ставшего родным. Том сейчас у ветеринара Олега. Главное, что он в тепле и за ним хорошо присматривают. Это главное! Тимофей обязательно его навестит. А может, спонсор всё‑таки всё объяснит и срочно возобновит строительство тёплых вольеров. Нужно просто дождаться пятницы.

У ворот приюта стояло несколько машин. Из одной молодые ребята выгружали большие пакеты с кормом, из другой выходил мужчина с камерой. Тимофей быстро включился в работу. Дарья дала ему задания, потом показала на мужчину с камерой и горько усмехнулась:

– Будут снимать сюжет о том, как мы тут выживаем.

Несколько незнакомых ребят‑волонтёров выгуливали собак. Как потом объяснила Дарья, люди по всему городу стали откликаться и предлагать помощь после всей этой шумихи. Вот что значит соцсети – работают на сверхскоростях.

Работа кипела. Утепляли оставшиеся вольеры: в них пока будут жить молодые и крепкие собаки. Часть собак решили перевести в помещение, которое раньше занимал ветеринар. Оттуда выносили старое оборудование. Олег нервничал, командовал, а потом подозвал Тимофея и показал, как лучше разместить подстилки и миски. Всё остальное пока придётся поставить в коридоре. Дарья давала интервью. Ребята, которые привезли корм, теперь убирали двор и выносили строительный мусор.

В работе Тимофей окончательно отвлёкся от всего: от обид, жалости к себе и тревоги за Тома. Сейчас было только общее дело – и маленькие, но ощутимые результаты. Самым сложным оказалось выбрать собак, которые пока будут жить вместе в бывшем кабинете ветеринара. Нужно было, чтобы они сошлись характерами и хотя бы раньше встречались на прогулках. Дарья долго спорила с Олегом, а Тимофей мыл полы и слышал их разговор.

– Даш, да пойми ты, Джека нельзя к малышам подселить, он буйный! Пару недель поживёт в своём вольере, его хорошо утеплили, а дальше видно будет.

– Это ты меня не слышишь, Олег! Сколько собак у нас уже заболело, сколько мы потратили на лекарства? На следующей неделе обещают сильные морозы!

Олег нахмурился и замолчал. На звук громко хлопнувшей двери все трое повернулись. В дверях стояла Аглая – раскрасневшаяся, с распахнутой курткой. Волосы чуть намокли от снега. От неё исходило такое сияние победы и красоты, что Тимофей несколько секунд смотрел не отрываясь. Потом поборол себя и отвернулся – главное, чтобы никто не заметил.

Красота идёт изнутри, она освещает человека. Прекрасные пафосные слова для сочинения, но это так и есть.

– Победа! – закричала Аглая, запыхавшись. – Про нас написала мамина газета, и сразу в редакцию позвонили несколько человек! Все предлагают помощь. А сегодня приедут забирать Джека, и это ещё не всё…

Аглая продолжала рассказывать подробности. Одна из ветеринарных клиник даже предложила несколько бесплатных процедур, в том числе рентген, если потребуется. Соседний с приютом зоомагазин сделал большие скидки на корм.

Дарья всплеснула руками и крепко обняла Аглаю. Олег заулыбался, просветлел и кинулся ставить чайник.

А у Тима в кармане настойчиво дребезжал телефон. Сработал будильник: пора было бежать домой. Расписание, составленное отчимом, сейчас не давило и не разрушало. Тимофей был сильнее.

Странное, удивительное чувство независимости, воздуха и пространства появилось вдруг. Он быстро попрощался. В суете никто особенно не стал его останавливать: Олег разговаривал с Аглаей и что‑то записывал в телефон, Дарье уже звонили.

Тимофей выбежал за ворота и остановился. Прислушался к себе. Новое чувство потихоньку оседало, но оставалось внутри. У него был будто солёный вкус моря и зеленоватый оттенок волны – такой же, как глаза Аглаи.

Тимофей глубоко вздохнул. Морозный воздух до самой глубины наполнил лёгкие. Сейчас он вернётся домой, займётся делами и обязательно позвонит отцу. Тимофей не поедет к нему на каникулы – он точно знал, что нужен здесь, как бы дальше ни развивались события.